На главную | Город Выборг

]]>]]>

История Выборга / Русско-шведская война 1788-1799 г.г.

Русско-шведская война 1788—1790

 

 

Виктор Амадей
(нем. Victor Amadeuss von Anhalt-Bernburg-Schaumburg-Hoym; 1744—1790)
— принц фон Ангальт-Бернбург-Шаумбург-Хойм, генерал на русской службе екатерининского царствования, сын Виктора I Амадея Адольфа, князя фон Ангальт-Бернбург-Шаумбург-Хойм от второго брака с Гедвигой Софией фон Доннесмарк.

Биография
Вступив в 1772 г. в русскую службу, он 10 июля 1775 года был уже генерал-майором. Награжден орденом св. Георгия 4-го класса 26 ноября

За храбрые и мужественные подвиги, оказанные при атаке неприятельских сил 12 июня 773 года близ Силистрии и при поиске того же года на Варну.

28 июня 1782 г. произведен в генерал-поручики.
С началом турецкого похода князя Потемкина, принц, в 1788 г., поступил в действующую армию и отличился в сражении под Очаковом, где при штурме командовал двумя колоннами и первыми ввел их на стены крепости, был награждён 16 декабря 1788 орденом св. Георгия 2-го кл.

В воздаяние усердия к службе и отличнаго мужества, с которым он, предводительствую вверенной ему колонною для атаки города и крепости Очакова, был из первых в взятии онаго приступом от войск Российских подвизавшихся.

В следующем году принц принял ближайшее участие в делах при взятии Каушан, Аккермана и Бендер, получил за отличия новые награды — ордена Александра Невского и Андрея Первозванного.
В 1790 году перешёл с армией графа Салтыкова на театр военных действий с Швецией, в Финляндию. Здесь, однако, принцу пришлось пробыть недолго: при самом начале военных действий, посланный главнокомандующим с отдельным отрядом для вытеснения неприятеля из Пардакоски и Керникоски, он, 18 апреля, атакуя шведов, был смертельно ранен в правую ногу пушечным ядром, и, вынесенный с поля сражения, через несколько часов скончался.
Имя принца Ангальт-Бернбургского тесно связано с именем знаменитого русского полководца Барклая-де-Толли, начавшего боевую службу под его непосредственным начальством. Принц первый обратил внимание на военные дарования Барклая; умирая, он передал ему свою шпагу, с которой тот никогда не расставался.
Источники:
• Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — Санкт-Петербург: 1890—1907.


И.А. Айвазовский"Морское сражение при Выборге"

Блокада шведского флота в Выборгском заливе

При противном ветре, преследуя лавировкой отступающего неприятеля, утром 26 мая Круз соединился с эскадрой Чичагова, стоявшей на якоре между островами Пени и Сескаром.

После сражения 2 мая Чичагов оставался в Ревеле и вышел оттуда только 23 числа, получив приказ о немедленном следовании к Кронштадту. На другой день он был уже у Сескара и, увидя неприятельский флот, лег в дрейф, а потом, в ожидании нападения неприятеля, стал в боевом порядке на якорь. В оправдание того, что он сам не атаковал уходивших от Круза шведов, Чичагов ссылался на «случившийся туман», мешавший ему видеть неприятеля. Опровергая эту причину, Круз в донесении Екатерине II писал: «принужден признаться, что уход неприятеля не только весьма чувствителен для меня, но и для всех моих храбрых подчиненных, так как, по дошедшим до меня известиям, шведы находились в чрезмерном унынии и опасались несказанно этого дву-огненного положения, от которого, надо думать, один только туман мог избавить неприятеля, без успеха со мной сражавшегося».

Справедливость слов Круза подтвердили действия шведов. Сильно потерпевший во время двухдневного боя неприятельский флот, попав между двумя нашими эскадрами, не решился прорываться мимо Чичагова к Свеаборгу, а принужден был укрыться в Выборгской бухте, куда и направился в полном беспорядке. Несмотря на то, что здесь под предводительством самого короля собралось до 100 парусных и до 200 судов гребного флота, находившегося в Биорко-Зунде, положение шведов, по всей вероятности, угрожало полною гибелью. Со стороны берега находилась наша армия; на севере в Транзунде стояли 52 судна гребной флотилии под начальством Козлянинова, и со стороны моря все выходы охранялись сильными отрядами нашего корабельного флота.

27 мая шведы высадили десант в Биорко-Зунде у кирки Койвиста, и с этого времени происходили у нас частые стычки с неприятелем. Попытка шведов овладеть берегом Транзунда и уничтожить отряд Козлянинова была отражена с большим уроном для неприятеля нашими сухопутными войсками. Атаке же входа в Транзунд со стороны моря помешал противный ветер. Разделение власти наших Главнокомандующих, действовавших независимо друг от друга, было очень благоприятно для шведов. Чичагов, не объясняя причин, медлил приступать к какому-нибудь решительному действию; а Салтыков, имея недостаточные силы, не мог ничего предпринять с одними сухопутными войсками и по поводу продолжающегося бездействия флота выражал опасения даже за сохранение Выборга. Как вредно отзывалось на ход дел это двойственное начальство, показывают пререкания Салтыкова с Чичаговым относительно постановки береговой батареи на мысе Крюсерорде. Опытнейшие из наших морских офицеров: [144] Нассау-Зиген, Салтыков признавали необходимость батареи, но Чичагов был противного мнения, и его настойчивость оказалась благодетельной для шведов.

Гребной флот, готовящийся в Кронштадте, в соединении с отрядом Слизова, в числе 89 судов, вечером 21 июня подошел к Биорко-Зунду, и Нассау-Зиген, атаковав шведов, в продолжение пятичасового упорного боя оттеснил их из пролива за остров Пейсар. Во время сражения у нас взорвало одну шхуну, а у неприятеля два судна были взорваны и два взяты в плен. В эту же ночь 20 шведских канонерских лодок, выйдя от острова Торсара, атаковали ближайший к острову отряд Лежнева и заставили Чичагова отправить к нему на помощь два корабля.

Утром 22 июня суда наши расположены были следующим образом: у Питкопаса капитан Кроун с отрядом из 8 фрегатов и катеров. Он в этот день имел сражение с 50-ю шведскими гребными судами и принудил их к отступлению, с потерей 6 судов. Восточнее Кроуна, между мысом Кайнеми и банкой Пассалода — отряд контрадмирала Ханыкова из 3 фрегатов. Восточнее Ханыкова, но западнее мыса Крюсерорд, между ним и банкой Репье, поперек фарватера стояли 5 кораблей и 1 бомбардирское судно отряда контр-адмирала Повалишина. Южнее Репье до острова Рондо — главные силы Чичагова, левым крылом которых начальствовал Мусин-Пушкин, а правым Круз. На юго-восток от Рондо к острову Кольтхольму находился контр-адмирал Лежнев с 5 кораблями и 1 бомбардирским судном. Биорко-Зундом овладел Нассау; а в Транзунде стоял готовый к выходу отряд Козлянинова.

Выборгское сражение

22 июня (3 июля) 1790. После неудачи у Красной Горки эскадра герцога Седерманландского в Выборгском заливе встретилась с гребной флотилией под ком. короля Густава III. Кронштадская эскадра вице-адмирала Круза, встретившись с Ревельской эскадрой адмирала Чичагова, блокировала Выборгский залив. Несколько дней противники предпринимали вылазки друг против друга. 22 июня подул благоприятный для шведов ветер, им удалось прорваться и уйти в Свеаборг. Шведы потеряли 67 кораблей, в том числе 7 линейных и три фрегата. Русский флот потерь в кораблях не имел. В результате этого сражения был окончательно сорван шведский план по высадке десанта и захвату Санкт-Петербурга.

 

Памятники Выборга

Ряд памятников Выборга, в их числе и надгробные, создавались видными скульпторами и отличались высоким мастерством исполнения. Некоторые из них неотделимы от истории города и в этой связи заслуживают внимания, хотя они уже давно не стоят на прежних местах.
Сейчас только остатки постамента возвышаются над землей в сквере Петровского поселка Выборга. Это все, что осталось от «самого красивого надгробного памятника в городе». Здесь похоронен один из наиболее талантливых военачальников русской армии в конце XVIII века Виктор Ангальт-Бернбургский. Он родился 9 мая 1744 года, в 28-летнем возрасте поступил на русскую службу, а через три года имел уже чин генерал-майора. Участвуя в турецком походе с князем Потемкииым, отличился при штурме Очакова, позже — при взятии Аккермана (ныне — Белгород-Днестровский) и Бендер, был награжден высшими русскими боевыми орденами. В 1790 году генерала перевели в армию графа Салтыкова, действующую против шведов в Финляндии. Но тут «судьба готовила ему самое кратковременное поприще». Он получает приказ выбить шведский гарнизон из селения Пардакоски, находящегося западнее озера Саймы.
Бой начался 18 апреля. Отряд В. Ангальта уже имел успех, предвещавший победу, но тут генерал «повергся на землю от жестокой, полученной им раны: пушечное ядро раздробило ему правую ногу выше колена. Генерала вынесли с поля боя и, по одним сведениям, он через несколько часов умер и сражение в связи с этим оказалось проигранным. По другим источникам, раненого привезли в Выборг и поместили в военный госпиталь, размещавшийся в деревянных домах, стоявших на месте нынешнего монументального здания того же назначения. В. Ангальт скончался здесь после операции, в 46-летнем возрасте, в расцвете таланта, «к сожалению армии, умевшей ценить его познания в военном деле, личную неустрашимость и искреннюю преданность России».
В. Ангальт первым обратил внимание на одаренного в военном искусстве адъютанта Барклая-де-Толли, служившего под его начальством и ставшим одним из главных героев Отечественной войны 1812 года. Перед смертью он вручил ему свою шпагу, с которой тот не расставался всю жизнь. В. Ангальта похоронили в небольшом парке, примыкавшем к Пожарной площади близ госпиталя.
Проект надгробного памятника генералу заказали наиболее известному архитектору Джакомо Кваренги, лучшему мастеру тогда и в этой области. Ему поручались самые ответственные проекты катафалков в Петропавловском соборе Петербурга в связи с погребением Екатерины II и Павла I. По проекту Дж. Кваренги создавалось и надгробие прославленному адмиралу С.К. Грейгу в Домском соборе Ревеля (Таллина.) Внешними формами и характером декора оно имело сходство с памятником на могиле В. Ангальта в Выборге. На этом строилось предположение, что проекты для обоих надгробий выполнял один автор. Позже оно подтвердилось обнаруженными архивными документами. В одном из них рукой Дж. Кваренги написано: «Гробница Принца Ангальто-Бернбургского стоила 2602 и привезется с застрахованием до места, по контракту в том заключенному. Она делана в Италии первое потому, что в Петербурге не было такой величины готового мрамора, а второе, что в Италии стала в половину дешевле той цены, которую здесь просили».
Итак, изготовленный, видимо, в Карраре по проекту Дж. Кваренги надгробный мраморный блок кораблем доставили в Выборг. На могиле В. Ангальта его установил каменных дел мастер-итальянец Пьетро Маруцци в 1792 году. Известно, что в эти годы Дж. Кваренги работал в содружестве с выдающимся русским скульптором И. П. Мартосом. Дальнейшие исследования, возможно, помогут достоверно установить и авторство его работ в Выборге.
Памятник В. Ангальту простоял самые тяжелые в истории Выборга годы и был снесен уже в наше время периода «негативных явлений». Вместе с ним снесли и стоявший рядом монумент на могиле полковника русской службы Г. Адлерберга (1738—1794), установленный на средства, собранные офицерами гарнизона.
Научные сотрудники Выборгского краеведческого музея подобрали и сохранили детали скульптурного декора с гробницы В. Ангальта. Неоднократно уже поднимался вопрос о воссоздании этого памятника нашей военной истории и последней работы Дж. Кваренги, утраченной в Выборге.

Источник: ]]>http://www.vyborgcity.ru/text/text_24.htm]]>

]]>
Яндекс.Метрика
]]>